Лиз Грин. Архетипическая основа и психологические последствия в семье Брюса.

Перевод семинаров по психологической астрологии Лиз Грин и Говарда Саспортаса.

Предыдущий перевод – Лиз Грин. Архетипическая основа. Карты родителей Брюса 4

Перевод  – Игорь Сивак, 2021г. (эксклюзивно для СПб Института Астрологии).

В итоге, мы действительно смотрим на архетипическую тему, и она проходит красной нитью через эту семью. Брюс воссоздал её в своём браке. Сьюзан боится её воссоздания и, чтобы избежать этого, выбрала полураспад, что является не самым худшим из способов разорвать цепь, хотя и стоит дорого. И, наконец, этот образ могущественной женщины и слабого мужчины также является отражением динамики, действующей внутри самого Брюса, где его бессознательное – в форме темной матери-анимы – подавляет его мужское эго, которое слишком слабо, чтобы отстаивать себя и бороться. Любой человек находится в конце длинного ряда воплощений динамики отношений, которая является одновременно семейным наследием и мифологическим образцом его собственной потенциальной интеграции. Брюс – печальный пример, потому что он не очень сознательный человек и не пытается справиться с расколом в себе каким-либо конструктивным способом. Многие люди действительно пытаются работать с этими унаследованными вещами, и если человек может найти творческий способ объединения двух Мировых Родителей, то родительский брак становится своего рода моделью потенциальной целостности.

Аудитория: Тогда каким может быть потенциал лучшего союза между тем, что вы называете женщиной типа Кибелы и мужчиной типа Аттиса? Кем мог бы стать Брюс?

Лиз: Я думаю, он мог бы стать редкостью среди мужчин, человеком, который сочетает в себе чувствительность, сострадание и воображение с большой волей, упорством и способностью реализовывать свои мечты. В нём есть оба компонента. Он мог бы сослужить большую службу другим людям, и я подозреваю, что он получил бы от этого значительное удовлетворение, если бы только мог быть самим собой – потому что в нём есть потенциал для значительного сопереживания и понимания трудностей других людей, а также дар формулировать и объяснять вещи так, чтобы другие могли их понять. Я думаю, что ему следовало бы работать в творческой сфере – возможно, не в театре, но, может быть, в писательской, издательской или рекламной сферах – где его способность чувствовать, что нужно другим и чего хочет рынок, может принести ему значительный успех. Но, конечно, мы не знаем, что произойдёт с Брюсом. Нам нужно изучить транзиты и прогрессии, чтобы увидеть, куда он движется и может ли что-то его открыть. Но большая часть мира, столкнувшись с такой дилеммой, как у Брюса, просто кое-как через неё продирается и передает проблему детям.

Мы могли бы обсуждать эти карты еще три дня, и, очевидно, есть много вещей, которых я не затронула. Кроме того, из-за темы семинара мой уклон был в определённом направлении. Но сейчас я хотела бы двигаться дальше, поскольку думаю, что суть уже высказана.

Аудитория: Мой опыт восприятия этих родительских фигур в их отношении друг к другу заключается в том, что они появляются в моих снах так же, как они появляются в моей карте. Это одна из тех вещей, которые заставили меня начать заново смотреть на своих родителей так, как я раньше не думала. Это одна из вещей, которые заставили меня снова взглянуть на своих родителей так, как я раньше не думал. Как вы думаете, образы родителей в сновидениях – это действительно родители или это также и внутренние фигуры?

Лиз: Я думаю, что это и то, и другое. На одном уровне мы можем работать с фигурами родителей в сновидениях редуктивным способом, и в результате такого исследования на поверхность может выйти много чувств и переживаний детства. Если вы всегда думали, что ваш отец был милым, славным парнем, а он неоднократно появляется в ваших снах как уродливый насильник, то я думаю, что бессознательное, вероятно, говорит вам что-то о других факторах, действующих в ваших отношениях с отцом. На другом уровне, родители в сновидениях также являются архетипическими фигурами, и через очевидно смертные личности можно различить мифологические фигуры, которые я описывала. Например, отец, который появляется летящим в самолёте, – это слегка замаскированный Зевс или Уран, puer aeternus в воздухе*. Это ещё одно плодотворное направление исследования, потому что тогда можно приблизиться к мифологической подоплёке, стоящей за родителями, и более ясно увидеть, что ими двигало. Но в конечном итоге эти архетипические фигуры, как и более личные их измерения, находятся внутри нас. Уродливый отец-насильник может описывать собственные бессознательные агрессивные чувства, а отец-пуэр, играющий в пилота, может быть собственной внутренней подростковой потребностью дистанцироваться от жизни, оставаясь в воздухе**. Как на личном, так и на архетипическом уровне эти фигуры живут и здравствуют в бессознательном, олицетворяя мужские и женские компоненты в нас самих. Один очень плодотворный способ работы в этом направлении с образами родителей в сновидениях – попытаться увидеть, где такая фигура проявляется в собственной жизни человека бессознательным образом.

* Puer aeternus (с лат. — «вечный мальчик») — один из юнгианских архетипов: ребёнок, который не желает взрослеть. Для этого архетипа присуще упорное нежелание принимать на себя ответственность, свойственную взрослому возрасту, своего рода неизбывный инфантилизм. Ему противопоставляется senex — «вечный старик».

** Так же как и при описании сна с отцом в самолёте, в оригинале употреблено словосочетание «up in the air», которое можно также перевести как «в неопределённости». Прим. переводчика.

Продолжение следует… – Лиз Грин. Архетипическая основа и психологические последствия в семье.