Лиз Грин. Астрология судьбы. Мифологические образы родителей

Продолжение перевода книги Лиз Грин «Астрология судьбы».

Предыдущий перевод – Лиз Грин. Астрология судьбы. Ребенок и родители

Перевод  – Игорь Сивак, 2020г. (эксклюзивно для СПб Института Астрологии).

«Если мать, например, переживается как Сатурн и, следовательно, воспринимается как холодная, подавляющая, чрезмерно традиционная или критичная женщина, то в определённом смысле мать никогда не сможет быть кем-то ещё, как бы усердно она ни работала над отношениями родитель-ребёнок. Отвержение со стороны ребёнка происходит в такой же степени, как и со стороны матери. Это случается, по крайней мере, в течение какого-то периода времени, и это часто означает первую половину жизни, то есть субъективное переживание матери ребёнком. Она может быть не более критичной и холодной, чем многие другие, «более лучшие» матери, но она и её ребёнок разделяют несчастливую судьбу отношений, в коих этот сатурнианский фактор является тем доминирующим элементом, который ребенок регистрирует и запоминает. Часто – настолько часто, что это прямо-таки жутковато – мать, чей ребенок видит её как Сатурн, оказывается сатурнианкой либо из-за превалирования Козерога в гороскопе, либо из-за углового Сатурна, либо из-за соединения Луна-Сатурн или Солнце-Сатурн. Таким образом, эта субстанция является общей, равно как и общим является отвержение. Можно даже сказать, и я говорю это на основе опыта многих примеров, что восприятие ребёнком матери окрашено его собственной проекцией до такой степени, что он может извлекать из неё те самые качества, в которых её винит. Таким образом, мать с восходящим Козерогом, Венерой в Рыбах и Солнцем в Раке будет регистрироваться своим ребёнком только как Сатурн и вопреки самой себе начнёт вести себя как Сатурн. Собственное поведение и чувства ребёнка, сознательные или бессознательные, могут подтолкнуть мать к более критичной стороне её собственной природы, так что по причинам, которые не поддаются её пониманию и могут привести к появлению сильного чувства вины и боли как у неё, так и у ребёнка, она продолжает вести себя по отношению к нему негативно. Юнг также знал об этом компоненте семейной сети, дополнительном к причинно-следственному:

«Все те влияния, которые в литературе описываются как оказываемые на детей, исходят не от самой матери, а, скорее, от проецируемого на неё архетипа, который придаёт ей мифологический фон и наделяет её авторитетом и нуминозностью. Этиологические и травматические воздействия, производимые матерью, должны быть разделены на две группы: (1) те, которые соответствуют чертам характера или установкам, действительно присутствующим в матери, и (2) относящиеся к чертам, которыми она обладает лишь по видимости, то есть реальности, состоящей из более или менее фантастических (то есть архетипических) проекций со стороны ребенка». (55)

Я давно считаю, что понимание фактической химии личности между родителем и ребёнком может быть получено путем изучения гороскопов в сопоставлении – ребёнка и матери, ребёнка и отца, матери и отца и т. д. Понимание архетипического образа, который ребёнок проецирует на родителя и который также составляет основную часть его собственной психической конституции, может быть получено путём изучения Солнца и Луны в гороскопе рождения, а также десятого и четвертого домов и их куспидов. Как я уже сказала, две эти вещи накладываются друг на друга, поскольку планетарный сигнификатор в карте ребёнка слишком часто отражается в карте родителя. Меридиан карты рождения – это отображение семейной судьбы, но на самом деле он не описывает то, что родители человека сделали с ним в детстве. Скорее, это портрет двух внутренних родителей, архетипических или мифологических по своей природе, которые доминируют в психике ребёнка и остаются репрезентациями отношений между мужчиной и женщиной на протяжении всей жизни. Это унаследованные комплексы, «наследственные грехи».

Реальные родители обычно имеют к этим фигурам более чем поверхностное отношение, и их брак обычно содержит в качестве одной из доминирующих тем ситуацию, описанную в гороскопе ребёнка. Но у родителей есть и другие атрибуты, некоторые из которых могут проявляться везде, кроме как по отношению к ребёнку. Ребёнка волнует только то, что он воспринимает; и если он не хочет стать жертвой семейного паттерна, он должен найти способ отличить реальных родителей от мифологических образов, через которые он их видит. Эти мифологические образы – его судьба, и он столкнётся с необходимостью работать с ними в своей собственной жизни. Но он может найти способ встретить их, опираясь на свои собственные личные ресурсы, вместо того, чтоб попасть под «фатум» родительского брака. Таким образом, он не разрывает связи с этими образами, но принимает их как фигуры, которые должны быть творчески включены в его развитие. Однако до тех пор, пока они остаются «родителями» в буквальном смысле слова, он находится в их власти.

Продолжение – Лиз Грин. Астрология судьбы. IV и X дома.