Лиз Грин. Астрология судьбы. Ребенок и родители

Продолжение перевода книги Лиз Грин «Астрология судьбы».

Предыдущий перевод – Лиз Грин. Астрология судьбы. Семейные сценарии

Перевод  – Игорь Сивак, 2020г. (эксклюзивно для СПб Института Астрологии).

Однако есть довольно проблемный вопрос, связанный с этим «наследованием» психических факторов, и он состоит из очевидной пары противоположностей. Я не уверена, насколько на самом деле эти противоположности противоположны, но они создают проблему не только с точки зрения «управления» психотерапевтической работой, но также и с философской точки зрения – или, другими словами, с точки зрения точка зрения судьбы. Если болезненные или искажающие жизнь переживания «вызваны» родителями – будь то явное поведение или, как предполагает Уикс, бессознательные конфликты, проникающие в ребенка через бессознательную идентификацию с родителем, – то на плечи любого человека, который произведёт на свет ребенка, ложится огромнейшая ответственность. Сомнительно, чтобы у многих из нас были бы дети, если бы мы осознавали всю важность этой ответственности. И в действительности мы не имеем здесь дела с тем, «что было предначертано», потому что, по-видимому, у родителя всегда есть возможность лучше понять самого себя, чтобы не обременять своё потомство собственными неразрешенными дилеммами. Большая часть работы психотерапии, когда она проводится глубоко, включает отделение человека от этой бессознательной идентификации с родителем, которая, возможно, продолжалась всю жизнь и не становится менее действенной только потому, что ребёнок достиг зрелого возраста, а родители, казалось бы, остались позади. Если родитель не воспользовался возможностью взять на себя ответственность за свои конфликты, ребёнок всё ещё может стать взрослым; с помощью работы по «реконструкции» терапевтической ситуации собственная идентичность индивида может постепенно появляться из-под одеяла родительского мировоззрения. Это довольно классический подход к делу, который, вероятно, не обидел бы самого прагматичного терапевта. Юнг иногда делает основной акцент на этом «причинно-следственном» подходе, хотя его, как и Уикс, в основном заботит бессознательная атмосфера, а не явные действия и слова.

«Ребёнок настолько является частью психической атмосферы родителей, что тайные и нерешённые проблемы между ними могут оказать сильное влияние на его здоровье. «Мистическое участие», то есть примитивное бессознательное отождествление ребёнка с собственными родителями, заставляет его чувствовать конфликты родителей и страдать от них, как если бы это были его собственные проблемы. Вряд ли открытый конфликт или явная трудность имеют ядовитое воздействие; почти всегда так влияет дисгармония, подавляемая и игнорируемая родителями. Истинной первопричиной такого невротического расстройства, без исключения, является бессознательное. Именно вещи, смутно ощущаемые ребёнком, гнетущая атмосфера опасений и чувство неловкости, которые, как ядовитый пар, медленно проникают в разум ребёнка и разрушают безопасность сознательной адаптации».

Однако есть и другой взгляд на это семейное наследие, и на первый взгляд он противоречит установкам и подходам многих психотерапевтических школ. Это понимание, которое предлагает астрология, и его можно выразить очень просто: образы родителей, неразрешённые дилеммы и бессознательные конфликты, которые они содержат и передают, а также внутренняя природа родительского брака уже присутствуют как образы внутри гороскопа рождения.

Другими словами, они являются априорно изначально присущими — это то, что предначертано. Из-за этой врождённой предрасположенности воспринимать родителей через призму собственной психики индивида «наследование» больше не является только причинно-следственным. Это очень тревожная мысль для тех, кто утешается обвинением своих родителей в пренебрежении, подавлении, отторжении, собственничестве или других неудачах, случающихся из-за их собственной неспособности справиться с жизнью. Другими словами, гороскоп говорит нам, что то, что есть в родителях, также есть в нас самих. Не может быть никаких сомнений в том, что объективный родитель и внутренний образ связаны и, возможно, даже вступают в сговор. Но именно внутренний паттерн, который мы должны теперь рассмотреть, и именно этот паттерн, как мне кажется, представляет семейную судьбу. Нет «причины», по которой [акцентированные] знаки должны повторяться в семейных картах или в отдельных аспектах, таких как Луна-Уран или Марс-Сатурн, или в специфическое расположение планет в домах, таких как Сатурны в восьмом доме или Луны в третьем доме. Но они есть, несмотря на отсутствие причинно-следственной связи. «Что-то» упорядочивает эти вещи, и созерцание этого – потрясающий опыт.

Продолжение – Лиз Грин. Астрология судьбы. Мифологические образы родителей