Лиз Грин. Миф и Зодиак. Близнецы. Часть 2.

Продолжение перевода книги Лиз Грин «Астрология судьбы».

Предыдущий перевод – Лиз Грин. Миф и Зодиак. Близнецы.

Перевод  – Игорь Сивак, 2020г. (эксклюзивно для СПб Института Астрологии).

Мифы, связанные с рождением «небесных близнецов», один из которых обычно олицетворяет добро, а другой — зло, встречаются в эпосе Рима, Египта, Индии и Китая. Они представляют собой один из великих архетипических мотивов мифологии. Иногда оба близнеца одинаковым образом творят добро для человечества или непосредственно окружающего их сообщества. Так Ашвины, божественные близнецы индуистской традиции, великие возничие неба, были созидателями дождя и дарователями плодородия. Но гораздо чаще один из близнецов персонифицирует свет, а другой тьму. В римском мифе, близнецы Ромул и Рем были сыновьями бога войны Марса и выросли, вскормлённые волчицей. Они основали город Рим, но поссорились из-за места [основания города], и Рем, пытаясь убить Ромула, оказался убит сам. Рем является «тёмным» братом, который стремится уничтожить своего «светлого» брата Ромула и плохо заканчивает. Это сочетание тёмной силы со светлой затрагивает глубокую человеческую дилемму, проблему того, что Юнг называет тенью, внутренним врагом, который является также и братом, рождённым из той же утробы, и который никогда не может быть полностью побеждён, но с кем необходимо сражаться вечно. Другой образ этой проблемы можно найти в отношениях между Иисусом и Иудой в Новом Завете. В старом завете мы встречаем братьев Каина и Авеля, которые, хотя и не являются близнецами, тем не менее представляют собой полярность. Каин является тёмным братом, Авель — светлым. Подобным образом Сатана и Христос оба являются сыновьями Бога, так же как Исав и Иаков, ещё одна пара ссорящихся братьев. Складывается впечатление, что даймон, который руководит Близнецами, приводит индивидуума к неминуемому конфликту с его тёмной противоположностью. Нередко это переживается через другого человека, чаще всего в родственных отношениях с братьями и сёстрами, в которых один (-на) брат (или сестра) является «хорошим», и его любят родители, а другой оказывается «плохим», тем, кто несёт для семьи проекцию тени. В этих экстериоризированных ситуациях гораздо труднее обнаружить врага и борьбу противоположностей, которые в конце концов должны встретиться в центре, внутри самого себя.

Айвор Морриш написал чрезвычайно интересную книгу под названием «Тёмный близнец» («The Dark Twin»), в которой он исследует тему близнецов в её связи с проблемой тени или зла. Он пишет о близнецах:

«В то время как мы используем термин «близнецы» по отношению к оппозиции Добра и Зла, стоило бы вначале упомянуть, что в мифологии множество двойников имеют отношение просто к сиблингам, обычно к братьям, один из которых “хороший”, или делающий приемлемые вещи, а второй – “плохой”, или совершающий действия, в его сообществе считающиеся “злыми” или неприемлемыми. Однако близнецы всегда рассматривались как что-то особенное и, если и не относились напрямую к божествам, тем не менее обладали некоторой необычной силой или мана, которая работает в противодействии, как позитивные и негативные силы электричества или северный и южный полюса магнита. Таким образом, в концепции близнецов подразумевается определённый баланс или равновесие, близость и подобие без полной идентичности, и, в итоге, по крайней мере в мифологии, обозначается определённое противодействие, которое через растущую враждебность может вести к попытке одного из близнецов уничтожить другого». (91)

Мой опыт с Близнецами научил меня, что ещё в ранние годы жизни либо «хороший», либо «плохой» близнец отделяется и проецируется вовне на какого-то или на что-то в окружении человека. Постепенно индивидуум, вступая в конфликт с противоположностью, начинает обнаруживать, что это он сам, хотя зачастую это происходит только во второй половине жизни. В случае реальных близнецов — и я встречала множество тех из них, кто родился под знаком Близнецов — это становится даже ещё более трудным, ибо обычно один из двойни явно экстравертен и уверен в себе, а другой заторможен и “невротичен”, и давление со стороны семьи и общества, не говоря уже об их собственных потребностях, затрудняет сепарацию. Но рано или поздно, внутренняя битва становится очевидной. Однако, как указывал Морриш, между этими противоположностями существует равновесие. Одна без другой неполна, и вся личность зависит от их обеих. Ни одна не разовьётся без другой. Противоположности могут варьироваться. Как в случае первых встреченных нами близнецов, Зефа и Амфона, раздор может быть между мужским и женским началом, или между интеллектуальными и эмоциональными ценностями, либо между духовными и плотскими целями. Или же он может произойти между отрицательными и положительными качествами, крайности которых обычно представлены в Близнецах. Как поётся в песенке: «Когда она была хорошей, она была очень-очень хорошей, а когда она была плохой, она была ужасной». Если другие находят это странным или трудным, это вдвойне трудно для представителя знака Близнецов, который сам приходит в полное замешательство и который должен найти способ примирить эти несовместимые принципы, в то же самое время принимая тот факт, что они могут никогда не слиться в некоторую чудесную гармоничную идеализированную и свободную от конфликтов единицу. Опасность заключается в том, что если Близнецы не могут стать лицом к лицу с собственной противоречивостью и непоследовательностью, тень (или свет) неминуемо ложится на братьев, сестёр, друзей, партнёров или, что труднее всего, на ребёнка того же пола, который в этом случае может быть обречён разыгрывать «плохую» сторону родителя, потому что эта плохая сторона должна существовать где-то вовне, если родитель собирается сохранять самоуспокоенность.

Продолжение – Лиз Грин. Миф и Зодиак. Близнецы. Часть 3.