Лиз Грин. Миф и Зодиак. Дева. Девственная Богиня

Продолжение перевода книги Лиз Грин «Астрология судьбы».

Предыдущий перевод – Лиз Грин. Миф и Зодиак. Дева. Разбор случая

Перевод  – Игорь Сивак, 2021г. (эксклюзивно для СПб Института Астрологии).

Вопрос того, что преподнесение даров другому или одаривание его своей щедростью должны совершаться согласно собственным желаниям дарующего, в соответствии с [его] внутренними законами, а не ради удовлетворения ожиданий получения награды, похоже, является фундаментальным для мифологической фигуры Девы. Эстер Хардинг в своей книге «Женские Мистерии» пишет о девственных богинях:

«Главной характеристикой богини в её фазе возрастания является то, что она – девственница. Её инстинкт не используется для захвата мужчины. Она не хранит себя для выбранного мужчины, который должен отплатить ей своей преданностью, и не использует свой инстинкт для достижения безопасности, получаемой от мужа, дома и семьи. Она остается девственницей, даже будучи богиней любви. В сущности, она остаётся самой-в-себе… Её божественная сила не зависит от её отношений с мужем-богом, поэтому ее действия не зависят от необходимости его умиротворения или согласования с его качествами и позицией. Ибо она божественна сама по себе, по своему происхождению». (109, гл. 9, «Богиня-девственница»)

Человеческие существа – не богини, и непохоже, чтобы это описание нуминозного мифологического образа было достижимо, кроме как во внутреннем переживании в редкие моменты жизни. Но чувствую, что Дева стремится к этому состоянию, и внешние события часто вступают в сговор, чтобы помочь его создать. Иногда партнёр не может обеспечить безопасность, на которую надеется Дева, или какой-то период жизни должен быть проведён в одиночестве. Эти очевидно «предопределённые» происшествия указывают на внутреннюю потребность жить, исходя из собственных ценностей, а не из ценностей других людей. Мифологическая дева не исключает отношений, но если Дева пытается избежать ответственности за свою собственную природу, эти отношения имеют склонность быть в лучшем случае неудовлетворительными, а в худшем — катастрофическими.

Можно спросить, как этот могущественный образ девственной богини, являющейся также проституткой, может быть применён к мужчине, в котором выделен знак Девы. Но также как встреченные нами маскулинные фигуры одинаково релевантны для женщин, женская фигура Астреи в равной степени может символизировать для мужчины внутреннюю целостность. Мужчина с акцентированной Девой также может определённый период времени бороться с коллективными ожиданиями и безмятежной безопасностью совершения того, что приемлемо, и в начале его взрослой жизни его ценности могут быть в равной степени ценностями общества. Девы обоих полов часто бывают пойманы в дилемму необходимости выбора между безопасным, хорошо оплачиваемым и, в конечном итоге, бесплодным путём внешнего соответствия и плодотворной, но зачастую одинокой дорогой внутренней лояльности. Дева — уникальная мифологическая фигура. Как говорит Хардинг, она правит сама по себе, и это оставляет её, по существу, одинокой, ибо её истины, в конечном итоге, должны быть её собственными. Грета Гарбо, одна из самых известных Дев, похоже, выразила это очень буквально. Иногда это уединение на время навязывается Деве, чтобы находясь в компании с самой собой, можно было в тишине услышать внутренний голос. Конечно, одиночество и уединение — не одно и то же, ибо человек может иметь глубокие товарищеские отношения и поддерживать контакт со своей внутренне присущей ему инаковостью.

Теперь я хотела бы более внимательно остановиться на паре Деметра-Персефона, ибо две эти фигуры, мать и дочь, тесно связаны со знаком Девы. Как Лев представляет собой историю об отце и сыне, так и Дева может быть историей о матери и дочери. Хотя мужчина-Дева может переживать эти фигуры через аниму и женщин, которые участвуют в его жизни, миф остаётся не менее релевантным. Деметра и Персефона образуют единство, парадокс женщины как матери и девы. Об этом парадоксе Юнг говорит следующее:

«Деметра и Кора, мать и дочь раздвигают границы женского сознания как вверх, так и вниз. Они прилагают к нему “более старое и более юное”, “более сильное и более слабое” измерение; и расширяют узко ограниченный и стиснутый временными и пространственными рамками сознательный, давая ей намёк на существование личности более великой и всеобъемлющей, личности, имеющей свою долю в вечном потоке вещей… Следовательно, можно было бы даже сказать, что каждая мать содержит в себе свою дочь, и каждая дочь – свою мать, каждая женщина протягивается обратно в свою в мать и вперёд – в свою дочь… Сознательное переживание таких связей порождает чувство, что её жизнь простирается через поколения – первый шаг к прямому переживанию и убеждённости в пребывании вне времени, что приносит с собой и чувство бессмертия». (К.Г.Юнг, «Душа и миф. Шесть архетипов»).

Продолжение – Лиз Грин. Миф и Зодиак. Дева. Окончание