Лиз Грин. Судьба и Плутон. Часть 3.

Лиз Грин. «Астрология судьбы».

Предыдущий перевод – Лиз Грин. Судьба и Плутон. Часть 2

Перевод  – Игорь Сивак, 2020г. (эксклюзивно для СПб Института Астрологии).

За следующий материал о Эрешкигаль я в долгу перед книгой Сильвии Бринтон Переры «Сошествие к богине», которая предлагает много увлекательных идей для понимания этой архаичной богини подземного мира. Этот материал достаточно релевантен, чтобы подтвердить моё ощущение, что в астрологическом Плутоне мы сталкиваемся с чем-то женским, изначальным и матриархальным. Когда богиня Инанна, шумерская Царица Небес (ранняя форма Иштар, Афродиты и Венеры), спускается в царство своей сестры Эрешкигаль, Госпожа Великого Места внизу обращается со своей светлой и прекрасной сестрой согласно принятым законам и обрядам, которым подчиняется любой, кто входит в это царство: Инанну приводят «обнажённую и низко кланяющуюся», в то время как части её одежды и регалий ритуально срываются с неё у каждых из семи ворот подземного мира. Этот обряд входа – процесс, который я наблюдала во многих случаях параллельно с транзитами и прогрессиями Плутона – постепенная потеря всего, что ранее использовалось для определения собственной личности, и «низкий поклон» унижения, смирения и последующего принятия чего-то большего и более могущественного, чем сам человек. Мисс Перера пишет, исходя из своего опыта юнгианского аналитика, уделяя особое внимание инициатическому путешествию женщин, которые пострадали от диссоциации со своим женским центром. Я также здесь пишу, исходя из своего опыта как аналитика, так и астролога; и я заметила, что это нисхождение с его потерей ориентиров, опор и привязанностей, по-видимому, происходит при транзитах и прогрессиях Плутона как у мужчин, так и у женщин.

В Эрешкигаль много от Горгоны и Чёрной Деметры: в её силе и ужасе в пиявках на голове, в её ужасных леденящих глазах и близкой связи с небытием и судьбой … Владения Эрешкигаль, когда мы находимся в них, кажутся безграничным, иррациональным, первобытными и совершенно безразличными, даже разрушительными для индивидуальности. Они содержит энергию, которую мы начинаем узнавать посредством изучения чёрных дыр и распада элементов, а также через процессы ферментации, рака, гниения и снижения активности мозга, регулирующей перистальтику, менструации, беременность и другие формы телесной жизни, которым мы должны подчиняться. Это разрушительно-трансформирующая сторона космической воли. Эрешкигаль подобна Кали, которая посредством времени и страданий «безжалостно стирает все различия в своём неразличающем пламени» – и всё же извергает новую жизнь… Если им не оказывается почтение, силы Эрешкигаль ощущаются как депрессия и бездонная агония беспомощности и тщетности – неприемлемое желание и трансформативно-разрушительная энергия, неприемлемая автономия (потребность в отдельности и самоутверждении) отщепляются, обращаются внутрь и поглощают ощущение направленной силы и ценности индивида. (Сильвия Бринтон Перера, «Сошествие к богине»)

Я не могу придумать лучшего описания тона ощущения Плутона, чем это.

Теперь я хотела бы вернуться в Гадесу, необузданному фаллосу Матери. Всякий раз, когда миф описывает его выход в верхний мир, он показывается настойчиво разыгрывающим один сценарий: изнасилование. Это предполагает ещё кое-что о столкновении с нашей планетой Плутоном. Его вторжение в сознание ощущается как насилие, и мы, как Персефона, дева мифа, не в силах сопротивляться. Там, где встречается Плутон, часто возникает чувство насильственного проникновения, нежеланного, но неизбежного и каким-то образом необходимого для баланса и развития индивида – хотя в то время это может не казаться таковым. Эрешкигаль тоже является своего рода насильником тех, чьи лица обращены против неё:

Для матриархального сознания она представляет собой континуум, в котором различные состояния просто воспринимаются как трансформации одной энергии. Для патриархата смерть становится изнасилованием жизни, насилием, которого следует опасаться и как можно больше контролировать посредством расстояния и морального порядка. (Сильвия Бринтон Перера, «Сошествие к богине»).

Продолжение – Лиз Грин. Плутон и Персефона.