Лиз Грин. Родительские архетипы 4

Перевод семинаров по психологической астрологии Лиз Грин и Говарда Саспортаса.

Предыдущий перевод – Лиз Грин. Родительские архетипы 3

Перевод  – Игорь Сивак, 2022г. (эксклюзивно для СПб Института Астрологии).

Аудитория: Когда вы говорили о позитивном конце оси души, вы упомянули Марию. Это единственный коллективный символ, который у нас есть для этого измерения женского начала в нашей культуре? Мы больше не поклоняемся Афродите. Мне это кажется довольно однобоким.

Лиз: Мария — единственный узнаваемый религиозный символ, который у нас есть. Но мы создаем свои собственные женские символы, гораздо более округлые, чем Мария, и поклоняемся им в кино, в романах и поэзии, в музыке и в нашей повседневной жизни. Вы правы — Мария однобока в том смысле, что в ней нет эротического измерения. Я уверена, что это является коллективной проблемой с тех пор, как мы избавились от пенорождённой Афродиты. Мария воплощает в себе многие положительные функции анимы как духовного проводника и заступницы, а также как сострадательного посредника между человечеством и удаленностью Бога. Единственная проблема Мэри в том, что у неё нет тела. Тогда вся сексуальность опускается к отрицательному полюсу оси, к сирене, заманивающей мужчин к гибели. Таков был средневековый взгляд на женщину, чьё тело было орудием дьявола и вдохновляло мужчин на грех. Но Афродита кажется живой и здоровой в бессознательном индивидуальной женщины, и в последнее время мы уже не уделяем столько внимания коллективным религиозным символам. Но Афродита, похоже, жива и здравствует в бессознательном отдельной женщины, и в последнее время мы уже не уделяем так много внимания коллективным религиозным символам. Эта Афродита часто появляется как теневая сторона подавленной и сексуально подавленной матери, которая может проявляться в карте её ребёнка как Венера в десятом доме, либо Венера в соединении или в оппозиции к Луне.

Аудитория: Но если Мария — наша эмблема высшей формы женского начала, то женщине очень трудно оценить положительную сторону своей сексуальности. Она всегда ассоциируется с сиреной.

Лиз: Да, если женщина отождествляется с коллективными ценностями. Я обнаружила, что женщины, которые больше всего расстраиваются из-за этой коллективной однобокости, часто бессознательно являются самыми коллективными. Именно там, где мы наименее индивидуальны, мы наиболее склонны к таким расколам. Я бы сказала, что мы больше не обращаем особого внимания на Марию. Но поколение или два назад эта фигура была более могущественной на коллективном уровне, и она до сих пор остается таковой для набожных католиков. Это проблема, если у вас есть анимус с очень коллективным голосом, который затем может быть спроецирован вовне как голос общества. Оси Ноймана нарисованы для того, чтобы прояснить, что происходит, когда сознательное эго пытается приблизиться к архетипической сфере. Ему ужасно трудно увидеть двойника. Быть духовным и сексуальным одновременно – это большой кусок для эго, чтобы его можно было проглотить, и всё же на архетипическом уровне нет никакого конфликта. И это совершенно неудобоваримо, если эго укоренено в наборе коллективных ценностей, которые заявляют, что этим двоим никогда не сойтись. Но если человек может немного лучше осознать обе стороны в самом себе, с некоторыми подлинно индивидуальными чувствами о том, что правильно и комфортно для него самого, тогда, я думаю, будет гораздо меньше чувства вины и подавления, и меньше отождествления с этими коллективными проблемами. На самом деле можно наслаждаться своими противоречиями. Тогда, конечно, человек также разрушает чары родительского брака, где один однобокий конец этой оси всегда должен быть в паре с определённым типом супруга. Марии всегда удается оказаться в паре с богом-отцом, который требует совершенства, но ведет себя абсолютно неразумно и разрушительно. Часто он также полностью плотский и заставляет её подчиниться излишествам его «низшей природы». Сирене всегда удается найти себе пару с одним из тех возвышенных отцовских типов, который настолько озабочен благополучием человечества, что у него нет времени на её чары. Я рисую довольно сардонические портреты, но думаю, что они они правдивы настолько, насколько это возможно.

Продолжение – Лиз Грин. Родительские архетипы 5