Астрология

Астрология – статьи

Лиз Грин. Судьба и архетип. Часть 3

Лиз Грин. Судьба и архетип. Часть 3

Я бы предположила, что человек, мужчина или женщина, который слишком грубо преступает естественный закон своего бытия, вероятно, может заплатить за это тем, что мы сейчас решили назвать «психическим заболеванием». В этом нет ничего справедливого, поскольку такие преступления обычно совершаются неосознанно, и нельзя обвинять человека в том, чего он не знает… Как бы то ни было, мне кажется, что, работая астрологом, чрезвычайно важно учитывать, какие естественные законы представлены гороскопом и в какой сфере совершается «преступление», сознательно или неосознанно; и можно ли и как исправить этот проступок, чтобы Эринии не преследовали этого человека изнутри или извне как «дурная судьба».

Лиз Грин. Судьба и архетип. Часть 2

Лиз Грин. Судьба и архетип. Часть 2

Если инстинкт – это один из концов спектра, который также охватывает архетипический или «духовный» уровень, то судьба – это не только судьба тела, но и души. Соприкосновение с властью и имеющей-дело-с-жизнью-и-смертью природой персональной матери связано в психике с нуминозностью Мойры, божественной дарительницы жизни и носительницы смерти. Это, пожалуй, всё, что мы можем сказать: есть связь.

Лиз Грин. Судьба, инстинкт и архетип

Лиз Грин. Судьба, инстинкт и архетип

Таким образом, инстинкт и архетип – это два полюса одной и той же динамики. Инстинкт присущ человеку или является живой силой, выражающейся через каждое движение каждой клетки в наших физических телах: воля природы, которая управляет упорядоченным и разумным развитием и увековечиванием жизни. Но архетип, облечённый в свой архетипический образ, – это переживание психикой этого инстинкта, живой силы, выражающейся через каждое движение каждой фантазии и чувства, и полёта души… О символических изображениях архетипа Матери Юнг пишет: Все эти символы могут иметь положительное, благоприятное значение или отрицательное, злое значение … В богинях судьбы виден амбивалентный аспект. Злыми символами являются ведьма, дракон (или любое пожирающее или свивающееся кольцами животное, такое как крупная рыба или змея), могила, саркофаг, глубокие воды, смерть, ночные кошмары и призраки … Это место магической трансформации и возрождения вместе с потусторонним миром и его обитателями находится под покровительством Матери. С негативной стороны, архетип Матери может означать что-то тайное, скрытое, тёмное; бездна, мир мёртвых, всё, что пожирает, соблазняет и отравляет, всё, что ужасно и неизбежно, как сама судьба.

Лиз Грин. Судьба, природа и цель

Лиз Грин. Судьба, природа и цель

Юнг, который в различных томах «Собрания сочинений» очень подробно писал о судьбе, как он ощущал её в своей жизни и в жизни своих пациентов. Иногда он называет компульсивным инстинкт и, по-видимому, приравнивает его к судьбе биологического или естественного характера: полёт дикого гуся – это его судьба , равно как и лопание семени и превращение его в сеянец, саженец, лист, цветок, плод. То же самое относится и к «инстинкту» индивидуации, чтобы человек стал самим собой. Судьба, природа и цель здесь – одно и то же. Моя судьба – это то, что я есть, и то, что я есть, это также то, почему я есть, и то, что со мной происходит.

Юнг также писал о спектре инстинкта и архетипа, о первом как о детерминанте физического или естественного поведения, а о последнем как о детерминанте психического восприятия и опыта. Или, другими словами, архетипический образ – такой как образ самих трёх Судеб – это переживание психики или восприятие инстинктивного моделирования, воплощённого в фигурах, которые являются нуминозными или богоподобными.

Лиз Грин. Астрология судьбы. Судьба и сказки.

Лиз Грин. Астрология судьбы. Судьба и сказки.

Мы встречаем женское лицо судьбы и в скромной сказке детства. Слово «фея» (англ. fairy, прим. переводчика) происходит от латинского «fata» или «fatum», что в итоге стало переводиться на французский как «fée», чары. Так что судьба не только мстит за нарушение естественного закона; она также зачаровывает… По-видимому, именно судьба, а не случайность, совершает в сказках странные превращения, и именно судьба, прежде всего, бывает возмущена тем, что её не признают или относятся к ней без смирения. И в сказке это негодование никогда не ставится под сомнение с точки зрения моральной основы.

Лиз Грин. Астрология судьбы. Судьба и женское начало.

Лиз Грин. Астрология судьбы. Судьба и женское начало.

Возможно, одной из причин неизбежной связи между судьбой и женским началом является неотвратимый опыт наших смертных тел. Миф всегда связывал женское начало с землёй, с плотью и с процессами рождения и смерти. Тело, в котором человек проживает отведённый ему срок, происходит от тела матери, и характеристики и ограничения, заложенные в физическом наследовании, переживаются как судьба: как то, что было записано в иероглифах генетического кода, Инстинкт продолжения рода, отличающийся от того, что мы называем любовью, существует в каждом живом виде, и то, что он действует как сила судьбы, может наблюдаться в компульсивных сексуальных контактах и их последствиях, которые перемежают практически каждую человеческую жизнь.

Лиз Грин. Астрология судьбы. Судьба и мифы.

Лиз Грин. Астрология судьбы. Судьба и мифы.

Судьба в архаическом воображении – это, конечно же, то, что пишет неотменяемый закон будущего: начала и окончания, являющиеся неизбежными порождениями этих начал. Это подразумевает упорядоченный паттерн роста, а не произвольный каприз или случайность. Только пределы человеческого сознания мешают нам постичь все последствия начала, поэтому мы не можем предвидеть неизбежный конец… Вид судьбы, с которой мы здесь имеем дело, очень специфический, и в действительности она не связана с предопределением в обычном смысле. Эта судьба, которую греки называли Мойрой, является «служительницей справедливости»: той, которая уравновешивает или мстит за нарушение законов естественного развития. Эта судьба наказывает нарушителя границ, установленных Необходимостью.

Лиз Грин. Астрология судьбы. Судьба и Женское Начало

Лиз Грин. Астрология судьбы. Судьба и Женское Начало

Мифологическое и недифференцированное сознание наших предков, оживляющее мир природы образами богов и даймонов, не принадлежит только к хронологической истории. Оно также принадлежит психике современного человека и представляет собой пласт, который, хотя и расслаивался благодаря растущему сознанию и гиперрациональности последних двух веков, столь же мощен, как и два тысячелетия или даже десять тысячелетий назад.

Лиз Грин. Астрология судьбы. Введение. Ч.7.

Лиз Грин. Астрология судьбы. Введение. Ч.7.

Все научные знания в мире не сотрут то, что было там с самого начала, старше самых древних богов. Наука тоже несёт в себе мифологическую подоплёку, которая использует нуминозную силу; в противном случае мы, астрологи, не были бы так напуганы ею, как и научное сообщество, столь готовое использовать это слово, как если бы это была религиозная истина, любое сомнение в которой представляло собой ересь. И, как это ни парадоксально, мифологические основы астрологии и науки объединены в одной фигуре… «Такие истинно религиозные чувства, которые могут быть обнаружены у Гомера, относятся не столько к богам Олимпа, сколько к более призрачным существам, таким как Судьба, Необходимость или Рок, которым подчинен даже Зевс. Идея Судьбы оказала большое влияние на всю греческую мысль, и, вероятно, была одним из источников, из которых наука извлекла свою веру в естественный закон». (Бертран Рассел, «История западной философии»)

Лиз Грин. Астрология судьбы. Введение. Ч.6.

Лиз Грин. Астрология судьбы. Введение. Ч.6.

Вторая цель этой книги – попытка понять отвращение и даже гнев, который вызывает предмет судьбы, особенно у моих коллег астрологов, студентов и практиков, а также у моих коллег-психоаналитиков. .. есть люди, терзаемые каким-то внутренним даймоном или компульсивным побуждением, бесполезно борющиеся с тем, что они переживают как своё собственное зло; люди, почти до неузнаваемости скрученные детскими переживаниями, которые они не выбрали; люди, вскрытые каким-то нуминозным или трансперсональным опытом, требующим принести в жертву то, что им дороже всего; люди, искалеченные физически вследствие несчастного случая, болезни или врожденного дефекта..